Автор: PacificRimbaud

[NC-17] AU: Без магии; Рейтинг за лексику, Рейтинг за секс, Алкоголь

Персонажи: Том Риддл, Луна Лавгуд, Беллатрикс Лестрейндж, Лаванда Браун, Кормак Маклагген.

Том Риддл застрял в своём великом романе, пока неожиданное знакомство в соседней квартире не даёт ему новых идей.

She's So Unusual - PacificRimbaud - Harry Potter - J. K. Rowling [Archive of Our Own]

*С самого начала Морти был прав. Внутри него жил монстр.

Всё это время Морти был прав. В его самых тёмных глубинах таился монстр, свернувшийся кольцами, готовый к нападению.

В пучине отчаяния суровая истина поразила Морти, словно острое лезвие смертоносного клинка. В самых тёмных глубинах его души, свернувшись кольцами, таился холодный зверь — вялый, но уже начинающий шевелиться.

Морти понял, что у него была змея. Глубоко внутри него. Прямо в его жопе. Вот же ебучий извращенец.*

— Блядь!

В наушниках Том не слышит, но чувствует, как скрипит его рабочий стул, когда он с силой захлопывает крышку ноутбука и откидывается назад, потирая глаза кончиками пальцев.

Сквозь стену, отделяющую его спальню-кабинет от соседней квартиры, пробивается глухая, ритмичная вибрация, резко и ритмично.

Он залпом выпивает остатки своего кофе, который уже час как остыл, став горьким и подёрнувшись плёнкой, и идёт на кухню за следующей чашкой.

Наушники у него дорогие, полноразмерные, с шумоподавлением, полностью чёрные, как и всё остальное, что у него есть, низкопрофильные и с минималистичным дизайном. Это вложение, дивидендами которого стало сохранённое душевное равновесие Тома. Они также настроили его на вибрации, которые он никогда не замечал до того, как они у него появились, например, протестующий стул или грохот грузовика в переулке под кухонным окном, или Лаванду Браун, которая, хотя и является совершенно взрослой женщиной, носит косички с предсказуемой регулярностью, а её за это ругает тот самодовольный белобрысый придурок, с которым она встречается почти каждую ночь.

На минуту Том снимает наушники.

Несомненное, это стук изголовья о стену, но без наушников он слышит голоса: бесформенное тихое бормотание мужчины — Корбин? Коннор? Коллин? Курвак МакВыблядок? — говорит беспрестанно, властно, а Лаванда смеётся и выкрикивает что-то вроде “Да!” с детским, пронзительным подвыванием.

Это театрально-пошляцкое представление тянется, блядь, часами.

У Тома дёргается член.

Он достаёт телефон из заднего кармана своих узких чёрных джинс.

Приходи. Мне нужна моя муза.

Пятнадцать минут его телефон молчит, пока он производит ритуальный помол цельных зерён для чашки пуровера, сворачивает дно и края бумажного фильтра, легонько прижимает кофе краем черпака. Лишь когда он возвращается за стол, а наушники ограждают его от содержания, но не энергетики озвучки Кормаком его жёсткого траха, вибрирует телефон на его столе.

Прости. Сейчас в моей вагине язык Родди.